Комсомольская правда

103 514 подписчиков

Свежие комментарии

  • Александр
    за попытку окупится увеличивать срок работы дворником или асенизатором.Участников несанк...
  • Александр
    за попытку окупится увеличивать срок работы дворником асенизатором.Участников несанк...
  • Александр
    мошенник и брехун и полное ничтожество. ему даже отвечать западло. .Илон Маск приглас...

Григорий Рапота: Мемориал-реквием подо Ржевом - это памятник жертвенности советского солдата

Григорий Рапота: Мемориал-реквием подо Ржевом - это памятник жертвенности советского солдата

- ...Григорий Алексеевич! С наступающим Днём Победы. Нормально меня слышно? Нет эха в трубке?

- Нет эха...

- Когда я с вашим отцом, встречался (генерал-майор Алексей Рапота скончался в октябре 2020-го, но о нем успела рассказать «Комсомолка»), он мне говорил, почему, на его взгляд, не хватало в России именно такого монумента, какой воздвигнут подо Ржевом в июне 2020-го. Теперь, когда и самого Алексея Никифоровича не стало, понимаю, как же он был прав. Знаете, почему?

- Мне интересно ваше мнение.

- Потому что вот этот памятник стал каким-то особым символом нашей Памяти о Героях Великой Отечественной. Одним из символов. И, не знаю, вы в курсе или нет, железнодорожный маршрут туда организовывают к 9 мая. Слышали об этом?

- Я в курсе дела. Там уже станцию, по-моему, вчера или сегодня должны были открыть.

- Станция даже? Как она будет называться?

- «Мемориал», наверное. Так как-то. В полутора километрах от самого памятника.

- И вы знаете, когда я общался с Алексеем Никифоровичем, у меня было такое ощущение, что он все время стрелки переводил на других, что это не только его инициатива, что он - один из.

- Действительно, отец так и со мной разговаривал, подавал это дело не как собственную идею, а - как инициативу ветеранов.

Потому что на своих сборах ветеранских они всегда обсуждали эту тему. И это было единодушное их мнение. Это - первое.

Во-вторых, понимаете, дело в том, что мой отец был летчиком, летал на По-2, его ровесникам было по 17-20 лет, причем, на задание отправлялись без парашютов.

- А почему, кстати, без парашютов? Я постеснялся тогда у вашего отца об этом спросить.

- Чтобы не бросали технику. И чтобы, не приведи Господь, кто-то не выпрыгнул без нужды. Таковы были нравы того сурового времени.

И отец всегда с ужасом вспоминал об этой бойне ржевской. Но не потому, что она на летчиках так отразилась. Наших летчиков, говорил, там много, конечно, погибло, причем, это По-2 даже из винтовок сбивали. Они же летели на бреющей высоте, да?

Больше всего пехота пострадала. Когда отец вспоминал, что творилось на земле, в каком положении была пехота, тут у него слезы из глаз катились, потому что это был кошмар, ужас, нечто невообразимое, ад кромешный. Поэтому он и добивался такого памятника-то, ведь солдаты, прежде всего, пехотинцы больше всего страдали, чего там говорить? Собственно, это же символизирует и сама фигура солдата, конечно, этот памятник - прежде всего, пехотинцу.

- А как случилось, что и вы поддержали инициативу отца?

- В силу этих же обстоятельств, наверное, о которых я сказал только что.

Мы много говорили с отцом на эту тему, потом я и сам заразился этой идеей. И мы как-то это дело «провели» по бюрократическим каналам, назовем это так, или - назовем более мягко, - по каналам Союза России и Белоруссии. Выделили средства из бюджета Союзного государства. Потом подключилось активно к этому Военно-историческое общество. Начался сбор средств. Министерство обороны, кстати, тоже активно с нами взаимодействовало. Потом мы объявили конкурс на лучший проект памятника. Всего было рассмотрено 19 работ. И дальше вы все знаете - «Комсомольская правда» об этом писала.

- Но, как я понял, речь ведь шла не просто об увековечивании памяти?

- Ну, да. Я, к стыду своему понял, что вообще как бы не представлял себе всего масштаба ржевской трагедии. Все-таки миллион триста человек - это больше, чем под Сталинградом.

- Имеется в виду - погибших.

- Да. На нашей стране, на советской.

- А вот, интересно, извините, - то, что у Алексея Никифоровича сын занимает такую должность, все-таки госсекретарь Союза России и Белоруссии, это помогало? Или где-то наоборот, вызывало у него излишнюю скромность? Стеснительность. И вам где-то руки немножко связывало поначалу хотя бы.

- Нет, меня ничего не связывало, абсолютно. Я, как только проникся этой идеей, моментально стал этим заниматься. И я считал, что это святое дело, что мы должны это сделать.

Мы же не для себя делаем - вот из этого я исходил. Не для Алексея Никифоровича. А во имя памяти тех, кто там погиб. Поэтому и изначально замысел был - создать не памятник Победы, а памятник-реквием, памятник памяти тем огромным жертвам, которые понес советский народ. Люди. Памятник солдату. Тому солдату, который там оставил свою жизнь. Вот и я просто считал это святой необходимостью.

И, я должен сказать, что никто не был против самой философии этого мемориала, абсолютно никто не возражал, все - наоборот, поддерживали. Кто-то - деятельным участием, кто-то -советом. Но кто-то даже финансовым участием. Это все принималось нормально. Именно вся философия.

Более того, когда из 19, если не ошибаюсь, работ, которые были представлены на конкурсе, причем, в два этапа, художественная комиссия выбрала именно эту философию, этот проект - все это восприняли и оценили как вполне закономерный вариант. И, согласно этой философии, был избран вот этот памятник.

- Мемориал-реквием.

- Да, образ из праха восстающего солдата, который смотрит на современника. И журавли - это такая художественная находка самих авторов.

Я уже подключился к этому где-то в 2016-м, если мне не изменяет память. А само строительство, оно, по-моему, продолжалось год и восемь месяцев - фантастически быстро.

- Почему же удалось - в принципе - такой мемориал так быстро воздвигнуть? Вот в чем объяснение?

- Хотелось. Очень. Если мы чего-то хотим по-настоящему, многого можем добиться.

- И ещё - вопрос вот с того, с чего я начал. Чем объяснить, что этого бронзового солдата так приняли - в России, в Беларуси, а не только подо Ржевом? Так близко к сердцу? Почему...

- Понимаете, сама философия мемориала, она близка людям. Это не памятник Победы, не памятник: «Ура!». Этого достаточно у нас.

А здесь - другое, здесь философия жертвенности советского солдата, понимаете?

- Очень щемящая философия.

- Да. И она ложится на душу людей...

- Спасибо огромное. С наступающим праздником.

- И вас так же.

Григорий Рапота: Мемориал-реквием подо Ржевом - это памятник жертвенности советского солдата

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх